«Полдень, XXII век». Центральное произведение знаменитого цикла братьев Стругацких о мире будущего. Шедевр отечественной (и мировой) утопической фантастики, выдержавший проверку временем — и сейчас читающийся с таким же удовольствием, как и десятилетия назад. Роман, который сами авторы называли книгой о «Светлом, Чистом, Интересном мире».
Впечатления о книге:
ngeht про Стругацкие: Полдень, XXII век [= Возвращение; Издание 1967 года] (Научная фантастика)
28 05
Утопия в стиле советской "кухонной антилихенции", ака неисчислимые мнс и прочая. В принципе - рекомендованное чтение для тех, кому не понятно почему СССР развалился. Если стремиться работать так, то ничего удивительного в этом нет.
В принципе, мне кажется, Стругацкие и сами в какой-то момент поняли что чудес на бывает, и что бы что-то получить, надо, знаете ли пахать, и тон поздних книг сильно поменялся. По крайней мере герои “Града Обреченного” или “Отягощенных Злом” уже куда ближе к жизни и не вызывают такого брезгливо-удивленного отношения.
Nekto2 про Стругацкие: Полдень, XXII век [= Возвращение; Издание 1967 года] (Научная фантастика)
28 05
Интересное и светлое произведение-реклама коммунистических идеалов. С добавлением вечных ценностей, которые ставятся гораздо выше личного и вообще человеческого, но что примечательно противопоставление идёт не в дарвинистском (характерном для Западной фантастики), а гуманистическом стиле. Отличная подростковая фантастика.
Astrowalk про Стругацкий: Полдень, XXII век (Социальная фантастика)
12 05
Прекрасная попытка описать "золотой век". Получилось очень похоже на "человечество без Бога" Достоевского (слова Версилова из "Подростка"):
После проклятий, комьев грязи и свистков настало затишье, и люди остались одни, как желали: великая прежняя идея оставила их; великий источник сил, до сих пор питавший и гревший их, отходил, как то величавое зовущее солнце в картине Клода Лоррена, но это был уже как бы последний день человечества. И люди вдруг поняли, что они остались совсем одни, и разом почувствовали великое сиротство. Осиротевшие люди тотчас же стали бы прижиматься друг к другу теснее и любовнее; они схватились бы за руки, понимая, что теперь лишь они одни составляют всё друг для друга. Исчезла бы великая идея бессмертия, и приходилось бы заменить ее; и весь великий избыток прежней любви к тому, который и был бессмертие, обратился бы у всех на природу, на мир, на людей, на всякую былинку. Они возлюбили бы землю и жизнь неудержимо и в той мере, в какой постепенно сознавали бы свою преходимость и конечность, и уже особенною, уже не прежнею любовью. Они стали бы замечать и открыли бы в природе такие явления и тайны, каких и не предполагали прежде, ибо смотрели бы на природу новыми глазами, взглядом любовника на возлюбленную. Они просыпались бы и спешили бы целовать друг друга, торопясь любить, сознавая, что дни коротки, что это — всё, что у них остается. Они работали бы друг на друга, и каждый отдавал бы всем всё свое и тем одним был бы счастлив. Каждый ребенок знал бы и чувствовал, что всякий на земле — ему как отец и мать. «Пусть завтра последний день мой, — думал бы каждый, смотря на заходящее солнце, — но всё равно, я умру, но останутся все они, а после них дети их» — и эта мысль, что они останутся, всё так же любя и трепеща друг за друга, заменила бы мысль о загробной встрече. О, они торопились бы любить, чтоб затушить великую грусть в своих сердцах. Они были бы горды и смелы за себя, но сделались бы робкими друг за друга; каждый трепетал бы за жизнь и за счастие каждого. Они стали бы нежны друг к другу и не стыдились бы того, как теперь, и ласкали бы друг друга, как дети. Встречаясь, смотрели бы друг на друга глубоким и осмысленным взглядом, и во взглядах их была бы любовь и грусть… Кто знает, может быть, людены — вновь обрели непосредственное чувство Бога?
the box про Стругацкий: Полдень, XXII век (Возвращение) [с иллюстрациями] (Научная фантастика)
18 02
Действительно, необычный пример ситуации, когда утопия получилась по-настоящему интересной и убедительной. А сколькие пытались, начиная еще с Платона. Диалоги у Платона очень остроумные, а вот само Государство как-то не вдохновляет : ) Утопии Мора, Кампанеллы, Фурье, да и Ефремова : ) – тоже без особого успеха. Похоже, трудно все-таки мыслить позитивно.
lukyanelena про Вудворт: Парный танец (Любовная фантастика)
06 04
Какая-то ода абьюзу.
И безобразно написаны эротические сцены. Убожество. Полно пафоса и штампов. Такое впечатление, что отдали на аутсорс какой-то малолетке. Оценка: плохо
Г.Гуслия про Скотина
05 04
Очень хорошо, можно даже сказать отлично. Вроде бы как обычный попаданец, но много свежих нюансов. Язык хороший, читается легко. Жалко, что пока только две книги. Надеюсь, продолжение будет не хуже и достаточно скоро.
Синявский про Юрий Марксович Коротков
05 04
На 70-м году жизни скончался Юрий Коротков, советский и российский писатель, режиссер и сценарист, оставивший яркий след в отечественном кинематографе.
Irsanta про Йон Колфер
05 04
Дей, судя по тому, что Вы огульно обвиняете в безэмоциональности всех англоязычных авторов сразу -- беда со знанием языка, Вы просто не чувствуете его. Поверьте, это лечится.
Igrina про Евгений Львович Ланн
04 04
Да просто скажите честно: переводчик ― говно, переводы плохие
Я считала Диккенса ужасным и скучным, пока не начала читать его по-английски
Сперва было трудновато, потом привыкла
Но читать начала только после того, ………